ВИЧ и дискредитация Питера Дюсберга

ВИЧ и дискредитация Питера Дюсберга

Весной 1987 г., консультант по пропаганде Эллис Медавой узнал, что достижение поставленных перед ним целей оказалось под угрозой со стороны вирусолога из Университета Беркли по имени Питер Дюсберг.

Дюсберг только что опубликовал пространный доклад в журнале «Исследование рака» (Cancer Research). В этом докладе были изложены аргументы против того, что ВИЧ является причиной СПИДа.

Имя Дюсберга было далеко небезызвестным. В своей области он был звездой. На его исследования выделяли гранты. У него была лаборатория в Беркли, а выпускники вузов выстраивались в очередь, надеясь попасть в его команду. Вдобавок, Дюсберг был признанным экспертом в перспективной области изучения ретровирусов.

По-своему он был равен Роберту Галло в том, что касалось престижа. Он даже работал с Галло, Монтанье и другими над обречённым на провал проектом «Вирусного рака», участвовал в попытках доказать, что ретровирусы вызывают рак.

Дюсберг ушёл из этого проекта. «Я понимал, что мы ничего не добьёмся», — рассказал он мне.

«Эти вирусы представляли интерес, но не в том, что касалось вопросов исследования рака. Но Галло и другие продолжали стоять на своём. У них были свои причины. Я был рад покинуть проект. В какой-то степени разочарован, но удовлетворён. Я увидел там всё, на что посмотреть стоило».

Медавой рассказал мне:

«Дюсберг был тёмной лошадкой. Мы знали, что можем натолкнуться на неучтённый фактор, чреватый непредсказуемыми последствиями, и им стал Дюсберг. Он видел насквозь ту пропаганду, которую мы распространяли под маской науки.

Он выступил против теории о ВИЧ с точки зрения исследователя, и говорил правильные вещи.

Иными словами, он не знал о том, что активная агиткампания по «защите» ВИЧ как причины СПИДа координировалась на самом высоком уровне. Но он был сведущ в науке.

Он понимал разницу между настоящим исследованием и ошибочным, или фальсифицированным. А исследование о ВИЧ было фальшивым с самого первого дня, не обманывайтесь на этот счёт».

В опубликованной в журнале «Исследование рака» исследовательской работе Дюсберг озвучил несколько фактов. Среди прочих важных вещей, говорилось о том, что ВИЧ, в лучшем случае, заражал лишь незначительный процент Т-клеток иммунной системы. Это было бессмысленно. Если ВИЧ убивал иммунную систему, то его воздействие должно было быть гораздо более агрессивным.

Дюсберг начал также давать комментарии относительно неявного, но острого противоречия, которое имело место при проведении анализов на ВИЧ. Он заметил, что при исследованиях крови искали антитела, которые формируются как часть защиты организма от ВИЧ. Наличие таких антител принималось как признак того, что у пациента вскоре должен был развиться резко выраженный СПИД, и он должен был умереть. Но с другой стороны, вакцина против СПИДа способствовала бы продуцированию тех же самых антител, и в этом случае говорилось бы о том, что у вакцинированных пациентов был иммунитет против СПИДа.

«Дюсберг понял всё правильно. Он видел, что тест на ВИЧ был совершенно неадекватным. Он говорил, что исследовательское сообщество оказалось втянутым во всё это кучкой жуликов. Так что нам необходимо было предпринять кое-какие серьёзные антикризисные меры», — говорил Медавой.

Дюсберг был не единственной проблемой. Ещё несколько человек в Беркли начали просыпаться.

Гарри Рубин (Harry Rubin), один из мастодонтов в области вирусологии, намеревался выйти к публике и заявить, что исследование ВИЧ нуждалось во «втором мнении».

Ричард Строман (Richard Strohman), клеточный биолог из университета, был также неудовлетворён поспешной коронацией Галло как открывателя причины возникновения СПИДа.

Кроме того, был ещё Филлип Джонсон (Phillip Johnson), профессор права в Беркли, считавшийся «белой вороной», который более чем охотно присоединился бы к драке. Он не просто был согласен с Дюсбергом, но и мог более структурировано, чем он, изложить аргументы против ВИЧ на различных форумах, чем обычно не утруждался. (В конечном итоге, эта небольшая, но активно растущая группа могла бы набрать более 300 учёных и журналистов, которые подписались под кратким письмом, утверждающим, что теория о ВИЧ была несовершенной и требовала досконального изучения незаинтересованными лицами. Одним из подписавшихся был Кэри Муллис, (Kary Mullis) Лауреат Нобелевской премии, который изобрёл метод анализа ДНК на основе ПЦР [полимеразная цепная реакция (прим. перев.)]. Когда дело коснулось ВИЧ, Муллис был подобен беспощадному жнецу смерти. Он был готов сразиться с кем угодно, где угодно.)

Однако в 1987 г. под лозунгами против фальшивой науки выступал, в основном, только Дюсберг. Главным его союзником в то время был Харви Биали (Harvey Bialy), редактор-исследователь издания «Био/Технолоджи» (Bio/Technology) – побратима глубокоуважаемого медицинского журнала «Нэйче» (Nature). Биали просто воротило от того, сколь поспешно выносились суждения, окружавшие необоснованные заявления Галло о том, что ВИЧ вызывает СПИД.

Биали, определённо, не тот человек, с которым стоило сражаться в печатном слове. Он был готов на то, с чем большинство исследователей-карьеристов не стало бы связываться. Биали прочитал бы ключевое исследование, посвящённое ВИЧ, вдоль и поперёк, а затем разнёс бы все аргументы вдребезги. Пункт за пунктом. Как и Дюсберг, он читал то, что написано мелким шрифтом, и все технические разделы, и был безжалостным критиком. Он видел, что область вирусологии всколыхнулась от широкомасштабных дискуссий, и теория о СПИДе приняла на себя роль полного вздора. Теории для пресс-конференций. Науки для дураков. Науки, которая, била струёй, орошая благодатную, «удобную» почву, во имя получения финансирования.

В 1987 г., Эллис Медавой, чьей работой было защищать проект ВИЧ ото всех критиков, рассказал мне, что он уже практически был сыт своей работой по горло. Он хотел уйти. Он был готов покончить со своей многолетней карьерой злодея – главным образом потому, что видел, к чему всё это вело – к грандиозным усилиям по снижению численности населения на протяжении многих десятилетий.

Всё это было несколько масштабнее, чем он ожидал. Медавой был в какой-то степени непостоянным, можно и, так сказать. В один день в разговорах с ним он был готов признать себя побеждённым, в другой же – выказывал в крайней степени высокомерное отношение к тем, кто представлял остатки человеческого рода. Как бы там ни было, прежде чем бросить все и уйти, он начал рассказывать мне о том, что он делал – а в некоторых случаях и о том, как он это делал.

Помимо Питера Дюсберга, перед Медавоем и его соратниками стояла ещё одна проблема. Благодаря усилиям определённого круга «репортёров-одиночек» — догадайтесь, кто принадлежал к их числу? — к делу подключались представители сообщества альтернативной медицины.

Некоторые из таких активистов никогда особо не поддерживали идею обвинения микроорганизмов в болезнях человечества, и откровения лженауки о ВИЧ их крайне волновали. Более того, среди них были ВИЧ-положительные люди, у которых диагностировали «СПИД в острой форме», которые вполне благополучно выживали, поскольку заботились о своём здоровье. Они полностью отказывались от навязываемого курса лечения ВИЧ, занимались физическими упражнениями, корректировали программу питания и больше не принимали никаких лекарственных препаратов, употребляя лишь биологически активные добавки и пр. И держались подальше от АЗТ. Эти люди служили живым доказательством сенсационного метода лечения, и если бы ЭТОТ МЕТОД распространился повсеместно, то весь механизм этой грязной игры слетел бы с петель.

Медавой сказал:

«На тот момент большая часть наших усилий была направлена на то, чтобы подобная информация не попадала в печать. Часто это бывает важнее, чем взращивать собственную ложь. Что касается Дюсберга, я могу сказать, что многие газеты и журналы готовы были освободить несколько полос для представления его взглядов. Под заголовками, вроде «Учёный-одиночка не признаёт, что ВИЧ вызывает СПИД». Так что мы приступили к программе реализации скоординированных усилий, направленных на то, чтобы этого не произошло.

Мы дали учёным из НИЗ [Национальный институт здоровья], которым грозили наибольшие потери, в случае если бы Дюсбергу удалось организовать надёжный плацдарм, провести агиткампанию по отрицанию Дюсберговской теории. Они прибегли и к злостной клевете, что было в порядке вещей.

С другой стороны, у нас были «надёжные источники», с информацией от которых мы могли обратиться в те самые газеты и журналы, и опубликовать что-нибудь этакое о том, что Дюсберг был ОПАСНЫМ и БЕЗОТВЕТСТВЕННЫМ. Мы шли этим курсом.

Наши люди говорили о том, что тысячи людей могли бы умереть, если бы прекратили верить в то, что ВИЧ ведёт к СПИДу. Ещё более, чем когда-либо, процветали бы беспорядочные половые связи, люди заражались бы, заболевали и распространяли вирус дальше. Мы долбили по всем этим болевым точкам и запугали большинство СМИ. Это, по большей части, сработало».

«Поскольку речь шла о чрезвычайно неприятном для нас и всё растущем списке людей, выживших с диагнозом «СПИД» — людей, которые отвергли идею о ВИЧ и успешно перестраивали свой организм на борьбу с болезнью без применения медикаментов — мы старались отслеживать истории этих людей, предшествовавшие текущим событиям. Мы обращались в СМИ и рассказывали о том, что эти люди были «чудаками вегетарианцами», и «их случаи были лишь историями из жизни, не изученными настоящими учёными», или что они были «любителями попиариться», и т.д.

Мы заявляли, что некоторые из них, для начала, вообще никогда не были ВИЧ-положительными. Всё это напоминало стрельбу по голубям. Мы изрядно потрудились.

Некоторые из историй о выживших всплывали, но выдержаны они были в следующем тоне: «так и так, это любопытный, редкий случай, и учёные пытаются понять, почему этому человеку удалось прожить так долго, не заболев, и это может сулить хорошие перспективы для дальнейших исследований». И всё в таком духе».

Вот вам ещё одна из цитат Медавоя о махинациях со СПИДом. Это он поведал мне в 1996 г.:

«Роль других тайных агентов, о которых мне было известно, заключалась в том, чтобы заставить исследователей, представляющих доминирующее русло, выступить за новый стандарт в ВИЧ заболеваниях, полностью основанный на количестве Т-лимфоцитов, и отстоять его. [Обратите внимание: эта «инновация» пришла позднее, спустя долгое время после 1987 г.]

По анализам определяли бы, что человек «заболевает», или у него наблюдается «улучшение», после приёма АЗТ путём измерения количества Т-лимфоцитов [части защитной системы организма], которое анализы выявляли. Эти агенты знали и были проинструктированы о том, что количество Т-лимфоцитов может непоследовательно варьироваться, повышаться и понижаться, в зависимости от таких факторов, как, например, время суток, когда сдаётся материал для анализа. Это была ещё одна ветвь низкопробной науки, преимуществами которой они воспользовались.

Приведу пример. Есть человек, которому сообщили, что он ВИЧ-положителен, и поэтому, несмотря на то, что он совсем не болен, каждые несколько месяцев он сдаёт анализ на содержание Т-лимфоцитов. Рано или поздно результаты анализа покажут пониженные значения. И если врач не так уж и наблюдателен, то он официально поставит пациенту диагноз «СПИД», из-за того, что количество Т-клеток слишком мало. И если пациент к тому времени ещё не принимал АЗТ, то теперь начнёт».

К середине 1990-х гг. Питер Дюсберг больше не получал правительственных грантов. Его основная лаборатория в Беркли была закрыта, а выпускников пугали тем, что они рисковали бы своим будущим, связывая свои имена с именем Питера Дюсберга.

Несколько лет назад Роберт Галло сказал мне:

«С Питером всё дело в том, что он другой. Он чрезвычайно умён, и идёт своей дорогой. Иногда оказывается, что этот его путь… необычный, странный. Он может быть нарочито сложным. Как будто он специально пытается принять сторону, которая бросает вызов всем прочим теориям. Он человек другого сорта».

Ироничное замечание из уст деспотичного и своевольного Галло – человека, который предъявил свои права на вирус, который ничего не вызывает.

Получить доступ к полному докладу

А что думаете Вы о публикации "ВИЧ и дискредитация Питера Дюсберга"? Поделитесь своим мнением!

Все комментарии

  • Арон Саймон

    Ну, есть странные деятели в медицине. Малахов, Неумывако и вот еще Дюсберг. Жаль не публикуются результаты исследования израильских медиков. В больнице Шиба каждый месяц совершаются прорывы в лечении различных заболеваний. В онкологии — профессор Шехтман, специалист по меланоме, совместно с американцами из Слоан Кеттеринг провел испытания нового препарата от метастатической меланомы. Смешали Опдиво и Ервой. Очень хорошие результаты.

  • Алексей Пысенков

    Иммануил Ревич из США (беженец из Европы) ещё в ХХ веке лечил и рак и спид. Такие же люди, как и описываемые в статье (не Дюсберг), вставляли ему палки в колёса. А сейчас его достижения намеренно замалчиваются.


Возможно, Вам будет интересно


https://shkola-zdorovia.ru/

Школа Здоровья была основана в 2005 году, чтобы делиться самой актуальной и полезной информацией о "Естественном Здоровье". Мы стремится разоблачить корпоративные, государственные мошенничества и ложь СМИ, которые часто направляют людей по "нездоровому" пути. Наша миссия заключается в том, чтобы начать преобразование традиционной медицинской парадигмы из лечения симптомов заболевания в нахождение основных причин болезней.


Будьте здоровы!


... а мы продолжаем наши исследования...


+ P.P.S. Пожалуйста, не стесняйтесь писать в комментариях свои замечания, предложения, конструктивную критику, отзывы и истории успеха. А так же Вы можете написать или позвонить нам лично, если у Вас возникнут какие-либо вопросы или понадобится помощь.

Мы хотели бы услышать всех!



ПоБлагоДарить
Исследования Школы Здоровья
Школа Здоровья БЫЛА ОСНОВАНА В 2005 ГОДУ, чтобы делиться самой актуальной и полезной информацией о "Естественном Здоровье". МЫ СТРЕМИТСЯ РАЗОБЛАЧИТЬ корпоративные, государственные мошенничества и ложь СМИ, которые часто направляют людей по "нездоровому" пути. НАША МИССИЯ заключается в том, чтобы начать преобразование традиционной медицинской парадигмы из лечения симптомов заболевания в нахождение основных причин болезней.